Отличный сайт о художниках: http://stoicka.ru/.Самые знаменитые художники России

 
 

Иван Константинович Айвазовский  

Павел Михайлович Третьяков  

Николай Константинович Рерих

Данте Габриэль Россетти

История любви Данте Габриэля Россетти и его музы Элизабет Сиддал, любви, вдохновившей художника на создание одной из лучших его картин «Благословенная Беатриче», давно стала мифом, легендой, будоражащей воображение живописцев, писателей, поэтов и историков викторианской эпохи уже на протяжении почти полутора столетий.

 

В 1849 году молодой лондонский художник Уолтер Деверелл зашел в модную лавку некой миссис Тозер, где его мать выбирала себе очередную шляпку. В этом сложном деле - а выбор шляпки чрезвычайно сложное дело - миссис Деверелл помогала очаровательная девушка. Стройная, с роскошными рыжими волосами и огромными глазами, она произвела неизгладимое впечатление на мистера Уолтера. Он тут же попросил ее попозировать ему, и мисс Элизабет Сиддал - так звали красавицу - согласилась. Ее родители были люди не очень зажиточные - отец с сыновьями управлял небольшой скобяной лавкой, а мать с дочерьми занималась портняжным делом. В семье было семеро детей, Лиззи хорошо знала, что такое нужда, и потому была рада подзаработать, даже столь сомнительным способом - в то время считалось, что труд натурщицы сродни работе проститутки. А, кроме того, Лиззи очень хотелось учиться рисовать! Однако денег на обучение не было, а потому она согласилась позировать Девереллу, видно, решив, что, попав к художникам (кстати, старший Деверелл был директором художественной школы), сможет и сама чему - нибудь научиться. А Уолтер был счастлив - наконец, он нашел свою Виолу, героиню картины «Двенадцатая ночь», над которой он тогда работал.

Двенадцатая ночь. Уолтер Деверелл. 1849 - 1850

В мастерской Деверелла Лиззи познакомилась с его друзьями, художниками, члена ми Братства Прерафаэлитов. Это было весьма оригинальное братство. Возникло оно за год до встречи Уолтера и Лиззи, в 1848 году, когда группа студентов лондонской Академии художеств в знак протеста против холодного, бездушного официального искусства провозгласила своим идеалом творения мастеров раннего, «дорафаэлевского», Возрождения. В своих картинах они старались следовать принципам, изложенным в их манифесте, который был опубликован в изданном ими журнале «Исток».

На свободной выставке 1849 года в Гайд - парке Россетти выставляет «Детство Богоматери». На раме художник поместил пояснительный поэтический текст, как своего рода пояснение, поскольку его живописная трактовка темы была далека от канонической. В стихотворении намечена мощная временная перспектива. Отрочество Богоматери рассматривается как отдаленный в прошлое, но важный этап в ее судьбе, предуготовивший к великой миссии. Контраст благодатного спокойствия Марии - отроковицы и сильнейшего потрясения, которое ей предстоит пережить в будущем, создает поле поэтического волнения.

Детство Богоматери (Отрочество Девы Марии).

Данте Габриэль Россетти. 1848 – 1849. Холст, масло

В том же году в Королевской академии выставляет картину вместе с «Изабеллой» Джона Эверетта Миллеса и «Риенци» Уильяма Холмана Ханта. Дебют прерафаэлитов прошел удачно, все картины были проданы, они не могли не привлечь внимания критиков и публики.: понравились фигуры, написанные ярко и отчетливо, пояснительные тексты растолковывали сюжет и символические детали, пленила искренность и простота исполнения.

Изабелла. Джон Эверетт Миллес. 1849. Холст, масло

Риенци. Уильям Холман Хант. 1849. Холст, масло

Порой полотна прерафаэлитов были уж слишком символичны, слишком вычурны, но они так отличались от всего того, что делалось тогдашними мэтрами английского искусства. Кроме Уолтера Деверелла, в группу входили Джон Эверетт Миллес, Уильям Холман Хант и Данте Габриэль Россетти - последний был признанным лидером прерафаэлитов. Его отец, бывший хранитель Бурбонского музея в Неаполе и ярый карбонарий, участвовавший в восстании 1820 года, по политическим причинам переехал в Лондон. Неудивительно, что в семействе Россетти царил культ великого итальянца. Россетти - старший так почитал Данте, что даже дал его имя своему сыну. Отец передал всем своим детям любовь к литературе - Мария Франческа, старшая дочь, написала книгу «Тень Данте», Кристина, младшая, стала известной поэтессой, младший сын Уильям Майкл - критиком и биографом брата. Габриэль, самый талантливый и известный из детей, начал писать в пять лет, а в пятнадцать его стихи уже печатались! Длинные волосы, выразительные итальянские глаза, нервное, подвижное лицо, нарочитая небрежность в одежде, дерзость в поведении - юный Россетти был настоящим бунтарем - романтиком, но, надо отметить, этот юноша с гордым именем Данте, несмотря на отсутствие особого усердия в учении, обладал глубокими познаниями в литературе и искусстве.

И вот, зайдя как - то в мастерскую своего приятеля Деверелла, он встретил там Лиззи Сиддал и был просто потрясен - он увидел ту, что постоянно присутствовала в его снах и мечтах. Лиззи отвечала всем требованиям, которые предъявляли к своим натурщицам художники - прерафаэлиты, а потому, с легкой руки Деверелла, она стала появляться на полотнах его друзей - прежде всего, Россетти, Ханта, Миллеса. Милейшая миссис Тозер разрешила Лиззи работать в лавке только часть дня, поэтому у девушки вполне хватало времени на позирование своим новым друзьям. В 1852 году Миллес задумал создать картину «Офелия». Конечно же, шекспировская героиня, уже жившая в его воображении, была похожа как две капли воды на Лиззи Сиддал.

Офелия. Джон Эверетт Миллес. 1851 – 1852. Холст, масло

На картине «Утонувшая Офелия» героиня должна была лежать в реке, и Миллес, для достижения реальности, укладывает Лиззи в ванну, воду в которой подогревают лампы. Лиззи часами вынуждена была лежать в воде, а ведь когда перегоревшие лампы сгорали, вода тут же становилась холодной. Но поглощенный работой Миллес ничего не замечал - ни посиневших губ Лиззи, ни того, что все ее тело дрожит от холода мелкой дрожью. Сеансы закончились жесточайшей простудой, которая потом переходит в туберкулез.

А Россетти по - настоящему влюбился в Лиззи. Он хотел, чтобы она принадлежала только ему, и с 1852 года девушка позирует только Габриэлю. И не только позирует, они живут вместе в снятом им доме на Чэтем - плейс, и счастливая Лиззи берет уроки рисования у своего друга и возлюбленного.

В 1854 году Данте знакомит Лиззи со своей сестрой Кристиной. Дочь хозяина скобяной лавки, да к тому же натурщица, не могла понравиться дочери лондонского профессора. Нет, эта девушка никогда не станет женой брата, возмущалась Кристина дома, рассказывая о встрече с Лиззи. Видя, как брат увлечен Лизи, Кристина, наверное, страшно ревновала. А Габриэль по - прежнему не желал расстаться со своей музой, вдохновлявшей его на создание замечательных картин.

Между тем Лиззи делала заметные успехи в живописи и рисунке, кроме того, она писала стихи! Первые свои строки она сочинила еще в детстве, а теперь, рядом с Россетти, талантливая Лиззи преуспевает как в литературе, так и в искусстве. Только вот чувствует она себя не очень хорошо.

В 1854 году подруга Лиззи Анна Мэри Хоуит уговорила ее показаться врачу. Доктор Уилкинсон нашел, что у Лиззи слабые легкие, и прописал ей пребывание на чистом воздухе. Лиззи едет в Гастингс, надеясь, что все скоро будет хорошо. Габриэль ни дня не мог прожить без своей Лиззи и собрался сопровождать ее. Но тут неожиданно в семейство Россетти приходит горе - умирает отец. Похоронив отца, Габриэль все же уезжает в Гастингс, несмотря на протесты сестер и брата.

Когда, пройдя курс лечения, влюбленные вернулись в Лондон, поздоровевшая и окрыленная Лиззи сразу же приступает к созданию серии картин - иллюстраций к поэме Россетти «Сестра Элен». Им так хорошо вдвоем - он учит ее всему, что умеет сам, а она - она не только прилежная ученица, но, главное, любимая женщина, преданная, верная, самоотверженная.

Однажды, примерно в 1855 году, Россетти показал работы Лиззи Джону Рескину. Известный критик был потрясен мастерством и талантом молодой художницы и тут же купил все ее картины. Габриэль так рассказывал об этом в письме Уильяму Аллингэму: «Примерно неделю назад Рескин увидел и тут же купил все, даже самые мелкие работы мисс Сиддал. Он заявил, что они гораздо лучше моих и чьих бы то еще, и был просто безумно рад, став их владельцем».

Идущая Пиппа. Элизабет Сиддал. 1854

Леди Шалотт. Элизабет Сиддал. 1854

Любители, слушающие музыку. Элизабет Сиддал. 1854

Так Лиззи обрела покровителя в лице одного из самых ярких критиков Англии. Рескин, видя, что девушка слаба здоровьем, быстро устает, принял живое участие в ее судьбе и оплатил прием у известного оксфордского доктора Генри Вентворта. Вентворт, как и другие врачи, снова порекомендовал Лиззи уехать из Лондона, и Рескин отправил ее во Францию. Тут же в Париж к ней примчался Россетти, но ненадолго. Дела и живопись звали его обратно. А Лиззи из Парижа отправилась в Ниццу. Все бы хорошо, но жизнь в Ницце была недешевой, и вскоре у девушки кончились деньги. (К этому времени гордая Лиззи уже отказалась от помощи Рескина - по-видимому, ей казалось, что он уж слишком ее контролирует и определяет ее жизнь). Что оставалось делать? Она отправила письмо Россетти с просьбой о материальной помощи. У того тоже денег не было, но он быстро написал триптих «Паоло и Франческа», продал его Рескину и отправил полученную сумму Лиззи.

Паоло и Франческа. Данте Габриэль Россетти. 1855

Лиззи очень хотелось стать настоящей художницей, и, похоже, у нее все получалось. В 1857 году прерафаэлиты устроили выставку своих работ в Мэрилебоне на Фицрой - сквер, и Лиззи была единственной женщиной, участвующей в выставке. Ее работы сразу же были замечены публикой, а один американец из Массачусетса даже купил ее картину «Клерк Саундерс».

Клерк Саундерс. Элизабет Сиддал. 1857

В том же году Россетти, с новыми приятелями Уильямом Моррисом, Эдардом Берн - Джонсом и другими, ставшими его близкими друзьями, расписывает дискуссионный клуб Оксфорд - Юнион в Оксфордском университете, а Лиззи путешествует - сначала в Мэтлок, затем в Дербишир и Шеффилд где поступает в художественную школу. Ей хочется утвердиться в своем предназначении художницы, хочется увериться, что она - самостоятельный, профессиональный мастер.

Перед сражением. Элизабет Сиддал. 1858

Плач принцессы. Иллюстрация к балладе Сэр Патрик Спенс.

Элизабет Сиддал. 1856

Поиски святой чаши Грааля. Элизабет Сиддал. 1855 - 1857

Жить с пылким и порывистым Россетти было непросто. Да и верность Габриэлю, несмотря на пылкую влюбленность, отнюдь не присуща. Как - то он познакомился с одной натурщицей - бывшей проституткой Фанни Корнфорт. Эта роскошная, чувственная дама увлекла впечатлительного художника, пробудив в нем вожделение и страсть. Лиззи он представлял как символ возвышенной любви, платонических чувств, а Фанни - Фанни утоляла его плотские желания, и делала это блестяще.

Леди Лилит. Данте Габриэль Россетти.

Модель Фанни Корнфорт. 1868. Холст, масло

Фанни Корнфорт. Данте Габриэль Россетти.

Плоть и вожделение. Фанни Корнфорт в образе падшей женщины.

Данте Габриэль Россетти

Лиззи было тяжело наблюдать такой взрыв чувств своего обожаемого Габриэля, и она решила уйти от него. Ее терпению пришел конец - он столько раз жениться на ней обещал, и столько раз нарушал свои обещания...

Однако Россетти никогда не забывал Элизабет. Узнав, что она тяжело больна, он мчится к ней. Ей плохо - и он, стараясь не оставлять ее надолго одну, мечется между Оксфордом, где он должен закончить работу, и Мэтлоком, где жила Лиззи. Так продолжалось несколько месяцев, пока врачи не сказали ему, что жить Лиззи осталось совсем недолго. И тогда Габриэль принял, наконец, решение, которого так долго ждала его возлюбленная, - попросил ее выйти за него замуж. Это произошло 23 мая 1860 года, спустя почти десять лет со дня их первой встречи Лиззи все - таки согласилась стать его женой. Поддерживая ее - она была очень слаба, - Габриэль повел девушку в церковь, а после венчания в гастингской церкви молодожены отправились во Францию, где провели свой счастливый медовый месяц.

В октябре они вернулись домой, в Лондон на Четэм - плейс. К этому времени Лиззи была уже беременна, и сердце ее переполняла радость. Вдохновленная новыми переживаниями, она написала поэму «Наконец».

Но рыжеволосой красавице Лиззи не суждено было стать матерью. 2 мая 1861 года она разрешилась от бремени мертворожденным ребенком. Смириться с этим горем было просто невозможно. Ничто не могло вывести ее из глубочайшей депрессии. Помогал только опиум - он давал возможность забыться хотя бы на мгновение, уплыть туда, где все были живы, здоровы и счастливы... Думая, что семейная, теплая обстановка в доме Моррисов поможет несчастной Лиззи, Россетти отправил ее к родным. Но там уже был ребенок, кроме того, Джейн Моррис снова оказалась беременной... Наблюдать эту идиллию было невыносимым испытанием для Лиззи. К тому же, когда они с Габриэлем были как - то в гостях у своих друзей, ей сообщили, что и ее подруга Бесси Паркс тоже ждет ребенка. Вернулись они домой около восьми вечера, после чего Россетти ушел на занятия в Уоркинг Мен - колледж. Придя домой поздно ночью, он нашел Лиззи лежащей в своей комнате без сознания - как потом выяснилось, она приняла десятикратную дозу снотворного лауданума. Россетти никак не мог смириться с тем, что его Лиззи умирает, - он вызывал подряд четырех профессоров, но никто уже не мог вернуть к жизни его возлюбленную. Утром 11 февраля 1862 года ее не стало. Официальная версия полиции - от случайной передозировки снотворного. Однако ходили слухи, что это было самоубийство, что Лиззи оставила прощальное письмо. Якобы Россетти, потрясенный смертью любимой, бросился к своему ближайшему другу Форду Мэддоксу Брауну, а тот уговорил Габриэля сжечь письмо жены - общество и церковь осуждали самоубийц, и самовольный уход Лиззи из жизни мог повлечь за собой скандал, а церковные власти могли не разрешить похоронить ее по - христиански.

Похороны состоялись 17 - го февраля. Во время погребения Россетти, тяжело переживавший смерть жены и чувствовавший свою вину перед ней, вдруг бросил в порыве скорби в гроб небольшую тетрадь - это были его неопубликованные стихи, посвященные Лиззи.

Под впечатлением огромной утраты Россетти пишет картину «Беатриче Благословенная». Ему всегда казалось, что его любовь к Элизабет подобна любви кумира семейства Россетти Данте Алигьери к Беатриче.

Беатриче Благословенная. Данте Габриэль Россетти. 1863.

Еще в юные годы Россетти самостоятельно перевел на английский язык «Новую жизнь» великого поэта. В этой книге, по сути, автобиографической повести, Данте рассказывает, как однажды он увидел Беатриче и воспылал к ней высокой платонической любовью. Тогда, во время их первой встречи, они лишь обменялись несколькими словами, но эта встреча была единственной. Беатриче выросла, вышла замуж и вскоре умерла. А Данте пронес любовь к ней через всю свою жизнь. Идеальная любовь поэта и его музы восхищала Россетти, хотя сам он любил, и вполне по - земному, не одну женщину.

В Лиззи Сиддал ему всегда хотелось видеть свою Беатриче. И не случайно это полотно, полное чувства горечи и утраты по той, что символизировала для него высокую, неземную любовь, он так и назвал - «Беатриче Благословенная». И посвящена эта картина, конечно же, не юной дантевской Беатриче, а любившей его до самозабвения Элизабет Сиддал. Сам художник говорил, что в этой работе он хотел показать смерть «как экстаз, как духовное перерождение». У Лиззи - Беатриче глаза закрыты - она уже в ином мире. Роскошные рыжие волосы, светящиеся в лучах солнца, - словно нимб. Вестник смерти в образе птицы бросает в ее ладони мак, символ покоя и забвения. На заднем плане Россетти изобразил справа Данте и слева Амура, несущего любовь - пламенеющее сердце. Лицо ушедшей навсегда возлюбленной обращено к свету, который она принимает всем своим существом, ведь свет - это божественная благодать. В этой картине нет каких-либо сложных композиционных решений, цветовых изысков - она не вызывает восхищения мастерством художника. Но почему-то от нее невозможно оторвать взгляд - она завораживает, не отпускает...

Безутешный Россетти вновь и вновь воскрешал черты любимой в картинах «Смерть Беатриче», «Сон Данте». Возникала она и в его более поздних работах... Ведь несмотря на утрату, он продолжал жить и творить. А история Элизабет Сиддал ее похоронами не закончилась.

Сон Данте. Данте Габриэль Россетти. 1871

В 1869 году Россетти предложили издать его ранние стихи. Художник с радостью согласился, да только текстов у него не было - рукопись, единственная, которая у него была, лежала в гробу Элизабет. Чтобы ее достать, требовалось совершить деяние, противоречащее всем нормам морали - разрыть могилу жены и открыть гроб. Россетти долго не мог решиться на этот кощунственный шаг. Наконец, он все же дал разрешение на эксгумацию, однако сам в этом ужасном деле участия не принимал - все поручил своему другу и агенту Чарльзу Хоуэллу. Тот с честью справился с возложенным на него поручением. В начале октября 1869 года, глубокой ночью, Хоуэлл с двумя кладбищенскими служителями отправился на Хайгейтское кладбище, где находилась усыпальница семейства Россетти. При свете костра и масляных ламп они разрыли землю и открыли крышку гроба. Тело Элизабет, рассказывал потом Хоуэлл Россетти, прекрасно сохранилось, она так была похожа на Офелию с картины Миллеса! Ее роскошные волосы стали еще длиннее, и даже пришлось потратить некоторое время, разыскивая среди рыжих прядей тетрадь стихов. Затем гроб закрыли и положили обратно. Вся процедура была проведена втайне - о случившемся не знали ни родители Элизабет, которые наверняка бы не разрешили нарушать покой умершей дочери, ни родственники Россетти.

Сборник стихов, посвященных Элизабет, был опубликован в 1870 году, вместе с более поздними стихами Россетти. Многие критики отрицательно восприняли поэтические откровения художника - его обвиняли в излишнем эротизме и оскорблении нравственных устоев. Страшный грех - эксгумация - мучил художника, не давал ему покоя ни днем, ни ночью. Он чувствовал себя виновным в смерти Элизабет, в том, что в тот роковой вечер оставил ее одну, что позволил себе ради мирских дел забыть о нерушимых христианских законах. Бессонница, алкоголь, наркотики... Все это подтачивало его физическое и душевное здоровье. Только новая любовь - любовь к жене своего друга Джейн Моррис - удержала его от самоубийства. Наверное, так полагал и Моррис, который не мешал развивающимся отношений между другом и женой. Для Россетти Джейн стала новой музой. Теперь он писал только ее. Россетти сделал много фотографий с Джейн в саду своего дома, используя их как этюды. Ее необычное, несколько мрачное лицо превращалось на его полотнах в исполненное колдовской, нездешней красотой. В картине «Прозерпина» Джейн изображена с гранатом в руке в образе Богини подземного царства.

Перпина. Данте Габриэль Россетти. 1874. Холст, масло

Отведав несколько зернышек, она оказалась связана с новым супругом - Плутоном, владетелем подземного мира. Ее красота и чувственность принадлежат земле, но судьба обрекла ее на ад. А вот она в образе «Астарты Сирийской». Красивая, гордая, умная. Красота ее кажется пугающей, демонической. Придавая Астарте, доброй и одновременно жестокой сирийской богине любви, черты Джейн, Россетти, видимо, хотел сказать о том, что Джейн постепенно отходит от него.

Астарта Сирийская. Данте Габриэль Россетти. 1877.

Холст, масло

Во время позирования для этой картины Джейн поняла, сколь велика зависимость художника от наркотиков, и решила прекратить позирование. А позже, поняв, что не смогла отвратить Россетти от его пагубных пристрастий и, устав от смены его настроений, беспричинных взрывов ярости, вернулась к мужу.

В 1880 году Россетти пишет картину «Грезы», используя для портрета зарисовку с Джейн, сделанную в первые годы знакомства. Побеги платана обвивают женщину, а цветок жимолости в ее руке говорит о безответно питаемой художником любви. Изысканность отличает теперь стиль художника. Но работать ему становится трудно, все чаще он заговаривается...

Грезы. Данте Габриэль Россетти. 1880. Холст, масло

Россетти совсем запил. Он снова и снова винил себя за Элизабет, за то, что не дал ей покоя ни при жизни, ни после смерти, винил за свершенные и несвершенные свои грехи. Понимая, что умирает, он велел похоронить себя не в семейном склепе, а подальше от Хайгейта, внушавшего ему панический ужас.

Художник и поэт Данте Габриэль Россетти умер 9 апреля 1882 года в курортном городе Брайтон от воспаления почек. Через двадцать лет после ухода своей Музы...

Россетти пережил несколько этапов творчества, но его картины всегда исполнены поэтического настроения, он оставался искренним, «до предела опустошая свое сердце». Рескин считал его живопись «главной интеллектуальной силой в становлении современной романтической школы в Англии». В конце XIX века прерафаэлиты становятся воспоминанием, но в 60 - х годах XX века их открывают заново. Кинорежиссер Питер Гринуэй говорил, что вдохновение для своих картин он черпал, наслаждаясь прерафаэлитскими пейзажами. Сальвадор Дали пишет о сюрреализме вечно женственного в прерафаэлизме, подтверждая свои парадоксальные мысли анализом женских образов Россетти, - «одновременно самых желанных и самых ужасающих женщин, которые только могут быть.., это плотские фантазмы из области «ложных воспоминаний» детства, это студень из самых преступных чувственных снов... Именно они образуют «лунную легенду Запада».